ELKOST International Literary Agency

  • Increase font size
  • Default font size
  • Decrease font size

A mankind soon will seize to poison the Earth - Profile weekly, №5(608), 16/02/2009 (in Russian)

E-mail Print PDF
http://www.profile.ru/items/?item=28009



«ЧЕЛОВЕЧЕСТВУ НЕДОЛГО ОСТАЛОСЬ ОТРАВЛЯТЬ ПЛАНЕТУ»

Чем будет болеть человек XXI века? На какие виды поделится человечество? Как будет выглядеть новый вид homo? Обо всем этом «Профилю» рассказывает бывший научный сотрудник Института общей генетики АН СССР, прославленный прозаик Людмила УЛИЦКАЯ.

- Сегодня некоторые не хотят себя считать людьми и называются «трансхьюманами», от английского transhuman — «постчеловек». С их точки зрения, генная инженерия, нанотехнологии, создание протезов и прямых интерфейсов «мозг—машина» развились настолько, что наш современник принципиально отличается от предков — ест ненатуральную пищу, продлевает жизнь при помощи медпрепаратов или хирургии... Как вам кажется, постчеловек — это реальность или выдумка фантастов?

— В молодые годы в одном из христианских текстов я наткнулась на высказывание типа «и тогда начнется величайший и последний блуд — блуд человека с материей». Постичь смысл этой фразы мне не удавалось до тех пор, пока я не прочитала о первых чипах, несущих фрагмент гена, способный производить тот белок, который необходим организму человека. То есть лечение больного с помощью введения подкожно или каким-либо иным способом нормального гена взамен дефектного. И тут я поняла: вот оно! С точки зрения христианской (думаю, что и мусульмане, и иудеи здесь бы тоже подписались), подобные операции есть святотатство. Господь и Творец создал мир таковым, каков он есть, — нам, людишкам, заповедано сотрудничать по устроению благоденствия этого мира, но нигде не сказано, чтобы мы своим умом его переделывали, внедряясь в его структуру. То, что вы условно называете постчеловеком, с точки зрения христианской, вероятно, представляет собой монстра, то есть предмет блуда человека с материей.

— Почему сразу блуда? Моделирование нового человека — увлекательнейшее и полезное занятие...

— Когда я была молоденькой девочкой, я впадала в столбняк от восторга, встречая полиглота или специалиста в области топологии… Каждый способный человек казался мне гением. Потом я совершила полезное открытие: человек, владеющий десятью языками, в остальных областях жизни мог быть полным идиотом. Блестящий математик с такими завитыми мозгами, что и вообразить нельзя, может быть сволочью, гениальный художник — эгоцентриком. Те, кто говорит о возможности конструирования человека, могут быть тысячу раз талантливыми, но в нравственном отношении они недоноски. Это не ругательство, а медицинское понятие. Недозрелые плоды, вот что обозначает этот термин. Идея постчеловека с компьютером вместо головы — классическая идея эмбриона. Есть такое животное — аксолотль. С виду нормальное земноводное, а на самом деле не взрослая особь, а личинка, которая может размножаться, не достигая взрослого состояния. Взрослая особь — амбистома. Вот наша цивилизация все больше напоминает царство аксолотлей, в котором живет множество существ, воображающих, что они взрослые. Поэтому кроме термина «постчеловек» я ввела бы термин «челолотль» или «аксовек».

Вообще после вашего вопроса я немного возгордилась: со времен молодости задумываюсь об эволюции человека как биологического вида и строю по этому поводу проекты. Я не обзавелась термином «постхьюман», но еще в те времена, когда занималась генетикой — это было около сорока лет тому назад, — считала, что человечество вступило в фазу острого видообразования. Известно, что некоторые виды существуют миллионы лет, а потом — вдруг! — за 100—200 тыс. лет на базе консервативного, устоявшегося вида возникает эволюционный побег, и вот уже существуют два подвида, а потом и два отдельных вида со всеми признаками дивергенции вплоть до нескрещиваемости. Но все мои мысли вертелись вокруг естественной эволюции.

— И как вам это рисовалось?

— По моим догадкам того времени, возникнет два подвида (вида, может быть) вроде элоев и морлоков, по Уэллсу. Такая перспектива и по сей день кажется мне не менее реалистической, чем ваш transhuman. Совершить рывок от hоmo sapiens к transhuman в состоянии люди, вооруженные высокими технологиями, большими средствами (в сегодняшней ситуации язык не поворачивается сказать «деньгами», в этой области тоже идет грандиозное переформатирование) и другими ресурсами. Что происходит дальше — страшно выговорить. Я только намекнула на кошмар, который может начаться с момента разделения на высших и низших. Есть подозрение, что этот новый человек предстанет в виде нового Франкенштейна. Господа, читайте художественную литературу, там многое проговорено!

— Генетики утверждают, что эмоции и мозг тоже будут моделироваться. Если это так, то чем человек будет отличаться от робота?

— Это и есть самое забавное: потратить столько усилий разного рода, чтобы стать роботом? И каждый будет делать собственный проект — на сколько процентов он хочет остаться человеком, хочет ли он испытывать страдания, в том числе любовные? Плакать от восхищения? Кричать в азарте? Или реагировать в соответствии с заложенной в самого себя программой? Не знаю, может, это и клево, но не прельщает. Вот побыть птицей или деревом — совсем другое дело.

— В процессе эволюции у человека сформировалась новая кора головного мозга — миакоры, где идет высшая нервная и мыслительная деятельность. В них есть колонки неакортекса — это другое название наработанной эволюцией коры головного мозга. Эти группировки нейронов (их примерно 1,5 млн) отвечают за специфику развития личности. Вот их и научились моделировать. Скоро встанет вопрос о некотором апгрейде человека с помощью компьютера. Это разрушит личность?

— Я в печали от вашего вопроса. Лично я хотела бы остаться самой собой, Людмилой Улицкой, со всеми моими недостатками и достоинствами. На минуту задумываюсь и понимаю, что кое-что в себе я бы улучшила. У меня плохая память. Подбросьте колоночку. Хотя бы чтоб обрывки языков, которые я в жизни учила, разложились по порядку в нужных местах, и я бы перестала лазать в словарь, чтобы посмотреть слово, которое уже смотрела десять раз. И все-таки я вынуждена сказать «нет». Я довольно приличный человек, мне бы только личную память подправить. А вот мой сосед, сукин сын, он захочет, чтобы взгляд его убивал, как взгляд горгоны Медузы; а другому подавай власть над психикой той девочки, что живет в соседнем дворе… А на уровне государств? Нет, лучше здесь остановиться, сказавши «нет». Человеку, такому, каков он сегодня, я не доверяю. Да он и сам себе не доверяет.

— Если все же допустить, что смоделированное человеческое сознание можно будет загрузить в компьютер, что тогда делать с телом? Некоторые радикалы от трансгуманизма утверждают, что оно вообще будет не нужно. Циолковский предрекал: «Поколения, способные воссоздавать свое тело из элементарных стихий, населят миры и уничтожат их рознь».

— Нет, нет, увольте! От Федорова, от Циолковского! Тело — изумительно прекрасная и совершенно гениальная вещь. И человеческое, и медузье! Я в молодые годы смотрела в микроскоп, изучая в студенческих практиках всякую тварь. Это совершенно гениально. То есть и совершенно, и гениально! И когда варишь гематоксилин, потом делаешь тончайший срез ткани, окрашиваешь и смотришь в микроскоп, опять дивные красоты — кожица лука или лагнергансовы островки в поджелудочной железе. И кто-то мне предлагает отказаться от изумительной телесности? Во имя чего? Чтобы воссоздавать свое тело заново? А зачем такая морока? Что, не справилась со своими жизненными задачами, быстренько растворилась, а потом воссоздалась заново? Вместе во всем миром, который я люблю? Николай Бердяев когда-то сказал: «Если в Царствии Небесном не будет моего кота Мура, то не нужно мне такое царство». Нет, ничего не хочу делать со своим телом. Бессмертия тоже не хочу — жутко скучно. И так люди в мире еле помещаются, а если будут самовосстанавливаться, в метро больно велика толпа будет. Собственно, для этого Циолковский и старался: Николай Федоров покойников-предков воскресит, а Циолковский их раз — и в межпланетный корабль. Чтобы эту отвратительную плесень по всему миру разнести? Я — против!

— Еще недавно господствующей социальной доктриной был консьюмеризм. В США центр Keller Fay Group изучал запросы 200 миллиардеров мира и пришел к выводу, что у них резко падают материальные запросы. Основатель сети ИКЕА ездит на Volvo 1993 года, сам покупает продукты в деревенском магазине и одевается на распродажах. Таким, как он, интересно себя реализовывать на других уровнях — в космосе, в гармонии с природой. Но всем по миллиарду не раздашь. Как вы думаете, что может оторвать человечество от сверхпотребления?

— Отсутствие товаров потребления. Это завтрашний день. Когда будет не хватать хлеба, воды, топлива, медикаментов… Никогда человечество, по крайней мере та часть его, которую мы условно назовем цивилизованной, не жило столь роскошно, с такими разнообразными излишествами. В каком-то смысле — сожрали свое будущее. Идея самоограничения совершенно не в моде. Неужели вы думаете, что пресыщенность миллиардера является ограничителем потребления? Мне встречались и люди среднего достатка, которые умели говорить «спасибо, больше не надо». Общество потребления — это кошмарная история ХХ века. И сейчас, когда в силу безумия этой концепции произошел мировой кризис, лучшие умы стараются общество потребления подштопать, вместо того чтобы создать иную концепцию жизни, а, может, не одну, а десяток разных…

— Уживутся ли новые элои с морлоками? Не начнется ли внутривидовая война?

— Вот мы с вами уже в области научной фантастики. Я предполагаю, вслед за великим английским астрономом Мартином Рисом, что человечеству осталось не так уж долго отравлять своим существованием планету. Во всяком случае, по мнению этого ученого, точку невозврата планета прошла. Он оценивает возможности ее выживания как небольшие, а существование человека может закончиться в течение наступившего века. Этот сценарий гораздо правдоподобнее, чем грядущая война человека натурального с его порождением, человеком-монстром. Конечно, ужиться эти два типа существ не смогут. Если такое существо будет создано, оно будет гораздо менее подчиняться биологическим законам, чем человек. Это чревато возникновением двух рас, неравенством, которого мир не знал. Несмотря на некоторую утопичность этой идеи, мне хочется думать, что Бог создал людей хоть и разными, но — в высшем смысле — равными. Существование одновременно постчеловека и человека вызывает в моей душе глубокий протест. В общем, пожалуй, я останусь с теми моими собратьями, которым не хватит денег на преобразование своего организма в человекомашину.

— Трудно причислить вас к оптимистам...

— Я очень далека от апокалиптических настроений. Но не вижу ничего противоестественного в том, что планета Земля закончит свой цикл, Солнце погаснет, и род человеческий закончит свое существование. Больше всего мне жаль того изумительного искусства, которое человек родил, жаль музыки — но, может, они останутся где-то в иных мирах, в других записях...