ELKOST International Literary Agency

  • Increase font size
  • Default font size
  • Decrease font size

The most titled of all modern Russian writers. Ludmila Ulitskaya in Chelyabinsk - interview to RTR-Chelyabinsk TV channel, 28/09/2008 (in Russian, text and video)

E-mail Print PDF
http://chelyabinsk.rfn.ru/rnews.html?id=87261&cid=7





28.09.2008 06:03
Самая титулованная из российских писательниц
Ксения Черникова

Самая титулованная из российских писательниц

Фото Видео репортаж Видео
Ее первая книга увидела свет, когда автору было пятьдесят. На этой неделе челябинские и магнитогорские поклонники творчества Людмилы Улицкой получили шанс лично познакомиться с писательницей. Автор знаменитых романов "Казус Кукоцкого" и "Даниэль Штайн. Переводчик" приехала на Южный Урал для участия в реализации масштабной идеи федеральной Пушкинской библиотеки. В течение трех лет она снабжает провинциальные библиотеки всеми книгами авторов, которые получают премию "Большая книга". Улицкой такую награду, которая для литераторов важна не меньше, чем Нобелевская премия для ученых, вручили в прошлом году.

Почему генетик превратился в писателя и что читать можно - об этом и многом другом с Людмилой Улицкой беседовала Ксения Черникова.

Ксения Черникова: Помните случай, когда вы первый раз захотели что-то написать?

Людмила Улицкая: Вы знаете, нет такого момента,я не могу определить потому, что я всегда писала. Что-то писала. Записочки, письма, дневнички. Это было для меня довольно естественное занятие.

Ксения Черникова: Кем мечтали стать в детстве?

Людмила Улицкая: Врачом.

Ксения Черникова: И стали генетиком?

Людмила Улицкая: Ну, я стала биологом. Мама была биохимиком, и идея университета, биологического факультета, она, конечно, мамина была. Но это была замечательная идея. Так случилось, что я не всю жизнь пробыла в биологии. Но это просто так случилось, я бы осталась.

Ксения Черникова: Почему тогда ушли?

Людмила Улицкая: Так случилось, что меня выгнали с работы, и потом уже унесло в другую сторону.

Ксения Черникова: А выгнали... с чем это было связано?

Людмила Улицкая: Это был 1970 год, такие жесткие времена. Самиздатская была история, связанная с чтением. С хорошим чтением.

Ксения Черникова: Легко или тяжело работаете над каждой отдельной вещью?

Людмила Улицкая: Очень тяжело. Не знаю, вот есть Моцарт, у которого все из-под руки бежит, а я совершенно из другой породы людей, я работаю очень трудно.

Ксения Черникова: Многие писатели свои сюжеты выдумывают, а вот Бабель, например, говорил, что "я ничего не выдумываю, потому что фантазии не хватает". А как у вас?

Людмила Улицкая: Думаю, это процесс, в котором есть и фантазия, и реальность жизненная. Это всегда какой-то новый сплав с новыми составляющими, но всегда сплав, конечно.

Ксения Черникова: Как Вам кажется, почему именно Ваши книги сейчас читают все?

Людмила Улицкая: На этот вопрос я бы тоже хотела получить ответ. Я не знаю. Наверное, попала в область интереса сегодняшних людей. Наверное, многим людям интересно то же, что и мне.

Ксения Черникова: Читаете много?

Людмила Улицкая: Довольно много, но значительная часть этого чтения вынужденная. Есть вещи, которые надо прочитать для работы. Бывает, часто просят прочитать. В общем, я много читаю, и не совсем то, что бы мне хотелось порой.

Ксения Черникова: Потихоньку книга уходит в прошлое, умирает. Есть какие-то способы ее поддержать, или это вообще не нужно?

Людмила Улицкая: Я думаю, что не нужно. Думаю, это искусственная реанимация, и не знаю, стоит ли этим заниматься. Я очень радуюсь, что книги живут, что продаются книги, которые еще десять лет тому назад были написаны. Кончится, значит, кончится. Знаете, даже корова молоко дает определенное время, потом перестает.

Ксения Черникова:Сейчас пишут все. Как определить, что из этого можно читать, а что нет?

Людмила Улицкая: Это неправильная постановка вопроса, на самом деле. Что значит пишут абсолютно все? Вообще, когда человек пишет - это хорошо, это психологическая разгрузка, это анализ, осмысление происходящего. Вообще, я говорю, пишите, когда меня спрашивают - надо ли? Надо. Просто не все должны быть писателями, а писать - очень терапевтически полезное занятие.